December 18th, 2017

Fallout1

Германский лубокъ

- а это значит что у нас новая подборка агитационных и пропагандистских материалов ПМВ. На этот раз - ну кто бы мог догадаться - Второго райха.

Чем условный германский лубокъ отличается от русского, французского и т.д., до американского? Тем, что все в нем правда, в отличие от остальных. Гомерический хохот. На самом деле, несмотря на мое шутливое утверждение, за ним стоят (почему, кстати, всегда стоят? почему не сидят, например?) определенные факты, напоминающие нам о том, что в каждой шутке есть доля шутки.
Скажем, порицания германской автократии со стороны США, президент которых имел больше полномочий нежели кайзер или где губернаторы могли нанимать частные армии, с пулеметами и зажигательными коктейлями, чтобы уничтожать майданы тамошние лагеря забастовщиков - выглядят уже не так белоснежно, например. Я уже не говорю о том, что внешняя политика заокеанской демократии накануне ПМВ была, пожалуй, даже более агрессивной чем у Англии или России, с разным успехом отвоевавших в Африке и Азии. Не вспоминая тем более о банальном надувательстве с заключением перемирия в ноябре 1918 г. и версальским диктатом в 1919 г.

Такого рода "грешки" имелись у всех противников Центральных держав. Французам, действительно полвека готовившим реваншистскую войну, требовалось немало ханжества, чтобы представить все в нужном свете. Тоже самое относилось и к русским, с 80-х гг. открыто обсуждавших будущий раздел Австро-Венгрии и Османской империи. Даже когда их флот шел к Цусиме, рупор националистов-консерваторов "Новое время" пером владельца и редактора Суворина требовал сделать еще одно усилие, ведь на кону не просто победа в войне с драконом, а будущее славянских племен в когтях австрийского кесаря: долг России возглавить их, похоронив Австрию.
Поэтому крупным союзникам приходилось находить в личностях монархов ЦД демонические черты (мы это хорошо рассмотрели на примере карикатур "Панч"), накладывая их на народы врага.

Так появилась знаменитая пропаганда ужасов: рубленные руки, перерезанные сухожилия, выколотые глаза и прочий маргарин из трупов. Впрочем, о выколотых глазах говорили в начале войны и в Германии, в порядке слухов с Восточного фронта: война сметала одно моральное табу за другим и почему бы врагам фатерлянда действительно не выкалывать раненым солдатикам кайзера их аугены? С другой, российской стороны, вопили тогда о "мирном" населении Восточной Пруссии, якобы добивавшим российских солдат (и тоже выкалывавшим им глазки). О том же, что российские войска заняли почетное второе место на соревновании в мародерстве, грабеже и насилиях по отношению к гражданским в этой войне (с огромным отрывом уступив туркам) разумеется ничего не говорилось. Немцы, маршировавшие в это время по имевшей несчастье находиться между ними и французами Бельгии, в свою очередь вопили о стрелках-партизанах, объясняя ими все репрессивные акты (а их в первые недели войны было немало) по отношению к гражданским.

Collapse )

Чем же отличилась германская пропаганда от союзной? Принципиально, в качестве военной пропаганды - ничем. Вопрос в деталях, особенностях и т.п. моментах.
Во-первых, в ней было меньше собственно войны и больше мелодраматизма: вот вернется из славного похода Фриц, обнимет свою Гретхен и заживут все счастливо, потягивая пивко. При этом, вплоть до 1917 г., особенных, видимых задач у условного Фрица не наблюдалось, а просто - конец войне, мы выстояли, трижды ура кайзеру.
Во-вторых, на английскую пропаганду ужасов, немцы ответили ужасной англофобией. К 1916 г. всем в райхе было ясно, что если бы не Англия и ее золото, то война бы давно закончилась. Собственно говоря, так оно и было, но сейчас не об этом. Англичане представлялись зловещей силой, опутавшей мир своими щупальцами и сознательно ослаблявшей союзные ей государства - а это уже было чистой пропагандой.

Наиболее щадяще, кажется, каток немецкого военного юмора прошелся по французам, с которыми немцы при Вильгельме II еще до войны трогательно и неуклюже пытались не раз замириться: их подавали как храбрых, но неумных жертв английского коварства. Примерно в той же роли выступала и царская Россия, но здесь пропаганда не была уже такой деликатной. Русским припомнили все, начиная с исторической неблагодарности и заканчивая всегдашним варварством. Если образом англичанина был сноб, француза - хвастун, то русский был мужиком, который с одной стороны - воевать не хочет, но с другой - не прочь пограбить и выпить много vodka. К 1917 г. приоритеты сменились и мы можем наблюдать за тем как храбрый Троцкий (абсолютно не похожий на себя настоящего) срывает покрывала лжи с союзной дипломатии.

В общем-то, германская пропаганда только защищалась, апеллируя к справедливости или сентиментальности своих читателей. Вот немецкий солдат, раненный на Сомме английским снарядом американского производства - и эти люди называют себя нейтралами, запрещая нам вести честную подводную войну против варварской английской морской блокады?! И т.д. и т.п. Кроме того, характерной - и неожиданной для многих, искренне считающих что немцев нет чувства юмора - ее особенностью является определенная шутливость: значительная часть немецкого лубка пытается насмешить, а не разозлить. Хотя, конечно, весь вопрос в том, кто именно будет на это смотреть. В общем, это действительно была еще другая война, не такая как вторая.

з.ы. подборка не первая и не последняя, но ОЧЕНЬ большая. Я снабдил ее комментариями, без которых вы как слепые кутята.

Меланхоличный русский пес и наивная французская сука рядом с злобным английским бульдогом и совсем уже мерзкой японской шавкой. Мы твердо и честно (или верно, но так ближе по смыслу, имхо) держимся вместе, пролаяли австро-германские собаки.


Collapse )