August 9th, 2016

Fallout1

Французская антикоммунистическая агитация 1920-30 гг.

- о России, заметьте, только хорошее, как о покойнике. Точнее как о жертве, но мы то знаем как упорно трудились ВКП и ее (б) в борьбе за счастье народное, так что это сторону вопроса обсуждать уже не будем. Лучше вспомним о том, как со времен Петра I зародилась и крепла русско-французская дружба: Париж и Петербург находились в состоянии холодной войны весь осьмнадцатый век, практически без перерыва.

[Spoiler (click to open)]Французские союзники - шведы, османы, поляки - сражались с русскими, хотя не менее справедливым будет сказать, что именно натиск России сближал их с Парижем. Увы, союз с германскими государствами побивал любые французские карты в Польше, что блестяще доказала серия войн, в которых немногочисленные французские военные советники скрещивали шпаги с русскими. Были, впрочем, и почти что прямые столкновения, как например в войне 1733-35 гг., но в целом Париж не обладал особенными военными возможностями в Восточной Европе. Это, в основном, было связанно с его глобальным противостоянием Лондону, делавшим сдерживание России задачей пусть и важной, но второстепенной.
Семилетняя война на время изменила этот расклад, но союз не стал кровным, просто Вена, круто изменившая политику предыдущих лет и заключившая соглашение с французами, притащила на эту вечеринку своих давних русских партнеров. Как только война закончилась противостояние возобновилось. Учитывая послевоенные возможности Бурбонов, все же следует признать, что их сопротивление было достаточно умелым: несмотря на все, русским так и не удалось оседлать византийскую лошадь. Под конец века, когда французская революционная смута казалось бы предоставляла такую возможность, выручили польские союзники, умело переключив все внимание на себя и погибнув. Как говорится, не имей сто рублей, а имей сто друзей!
Милитаристские союзы при Павле и Александре были мертворожденными: Наполеон попросту водил своих коронованных партнеров за носы, исключая их из восточно-европейских дел, где они привыкли играть важнейшую роль, он предоставлял им сомнительную участь борьбы с англичанами на всех фронтах. Павлу это стоило головы, Александр успел сманеврировать и фактически развязал войну 1812 г. В этом (провоцировании конфликта) он встретил полную поддержку у быстро деградировавшего бонапартистского режима, зашедшего во все тупики сразу.
После победы коалиции, Франция вернулась к прежней политике, ситуация откатилась назад, но с большим для галлов уроном: была потеряна Австрия и Польша. Зато фактически исчерпались англо-французские противоречия, хотя Египет продолжал оставаться яблоком раздора. Лишенные средств для борьбы за первое место, французы принялись бороться за второе. Возвращение Бонапартов идеологически парадоксально укрепило дружбу с Англией и французы наконец-то смогли насладиться полной победой, настоящим триумфом: поймав Россию в очередном спазматическом глотке на Восток, они объявили ей войну и выиграли ею, сокрушив заодно и прежний уклад империи Романовых. Эта победа, достигнутая в основном благодаря французской армии, позволила Парижу повести новую, более динамичную политику: французы развязывают короткую войну против Австрии, создавая Италию, влазят в мексиканские дела, пытаются реанимировать Польшу, участвуют в операциях против Китая и вообще идут от победы к победе.
Эта новая воинственность делает англичан осторожнее, они постепенно отходят в сторону: отношения портятся из-за русских и прусских. Лондон не заинтересован в поддержке французских акций в очередной раз восставшей Польше, Париж игнорирует английские интересы на Балтике, фактически не поддержав Лондон в его противостоянии Бисмарку, который вместе с австрийцами устроил датчанам публичную порку. Это предательство, равно как и неприятный исход американских дел, фактически разрывают англо-французский союз.
Разгром 1870-71 гг. и создание Второго рейха предопределил французскую политику на ближайший век. Всё было подчинено идее реванша, за которым должно было последовать расчленение Германии. И вот тут, только теперь, вспыхнула неслыханная любовь к России. Дальнейшее - известно.




Collapse )