July 4th, 2016

Fallout1

Великий цикл о Великой войне

- или летопись о Первой мировой (1914-1919). Предыдущая часть, вместе с английскими пехотинцами, лежит тут.

Все флаги в гости будут к нам


Нельзя сказать, чтобы министр-социалист Керенский не пытался остановить разложения армии - он пытался. Но самые лучшие зажигательные речи, по французской методе, с воздействием на слезные железы и барабанные перепонки слушателей, разбивались о посконно-онучевое до нашей губернии немец не дойдет и пущай буржуи в окопы лезут, а мы навоевались. Солдаты сначала целовали мундир главноуговаривающего, носили его к автомобилю и обратно, а потом шли на свои собрания выносить лезоруцию за замирение. Объяснить этим людям тонкости балканской политики и объединения славянских рек в одно больше море, из-за которых царь когда-то полез в войну, не смог бы и сам Цицерон. Но новый российский вождь, первым в истории этой северной страны облачившимся в некий полувоенный костюм, продолжал маневрировать между германскими штыками и социалистическими требованиями демократизации армии. Институт комиссаров, введенный в войсках, регистрировал неуклонное падение дисциплины: когда-то беззаветная серая скотинка предпочитала портить собственную одежду и оружие, убивать сослуживцев и командиров, грабить и воровать, но не идти в окопы. Их, впрочем, можно понять - там были вражеские газы, огнеметы и снаряды. Солдат совершенно не вдохновляли новые синема, привезенные на фронт городскими, отряды ударников и женских батальонов смерти, созданных уже в совершенном отчаянии. Маленькую Францию когда-то спасла всего лишь одна девица, большую Россию решили спасать сотнями женщин, одетых в мешковатую форму. Всё это было позорно и неубедительно: гражданский порыв немногочисленной российской общественности тонул в море посконного равнодушия.

Collapse )