October 15th, 2015

сурово

Два автора

- две эпохи. Писатель-маринист Лысак создает отечественного капитана Немо, который топит не британские эскадры в Индийском океане (и не русские на Балтике, как задумывалось в оригинале), а японские и английские (без них уж никуда, какой отечественный моряк не мечтал хоть раз утопить британский корабль). И остальные, до кучи. Сам, на сконструированной им (из говна и палок) подводной лодке.
Второй мастер слова злее, а потому спасает уже СССР, заканчивая за Третьим Рейхом работу. Аннотации доставляют чуть больше обычного. В каментах к книге пишут что вкусно и просят поставить Англию в пятую позицию.


Экипаж «Тезея», оказавшись не по своей воле в семнадцатом веке в самом центре разгула пиратства — Карибском море, с боем завоевывает право на жизнь и строит ее так, как хочет. Сильные мира сего скрипят зубами, но ничего не могут поделать с «посланцами дьявола», чье появление на острове Тринидад на огромном Железном корабле потрясло до основания и сильно изменило привычный и незыблемый порядок в Новом Свете. Все попытки действовать с позиции грубой силы провалились. Пришельцы из другого мира отстояли свою независимость и строят новую жизнь, заложив первый русский город в Новом Свете — Форт-Росс, всецело пользуясь поддержкой местного населения из индейцев, метисов и испанцев-простолюдинов. Слова Русская Америка прочно входят в обиход и приобретают осязаемый смысл. Но…
Появление нового независимого, хотя пока еще небольшого и никем официально не признанного государства на Тринидаде, в самом сердце испанских колониальных владений в Новом Свете, не устраивает очень многих. И для них возникший из ниоткуда Форт-Росс становится сродни Карфагену, который должен быть разрушен…



Read more...Collapse )
грусть

Как три черных орла

- склевали одну белую курочку. Крах Речи Посполитой (1772—1795 гг.), конец, конец всем - и Польше, и Костюшко, и циклу. Ура, я больше не змееуст. Второй раздел и третья часть тут.


Не Мо Сизлак, а Тадеуш Костюшко


Подготовка
Хотя, как мы уже и писали, постыдные конфедераты бурчали насчет того, что лучше идти в Сибирь, чем покориться второму разделу, все это было, что называется, себе под нос. Как тот чеховский муж, на балу. В итоге они не только отдали еще треть полцарства, но и согласились уменьшить армию до жалких 15 т. солдат, обязавшись не вступать ни в какие войны или тем паче союзы без разрешения Санкт-Петербурга. Для моральной поддержки в стране были оставлены российские войска. Итак, марионетки Кремля правили, а патриоты, рассыпавшиеся в тайные кружки, готовили восстание. Все как положено.
И главным человеком во всем этом механизме освободительного движения был Тадеуш Костюшко, поляк, литвин, белорус и вообще человек наш, хоть и католик. В молодости он пережил судьбу Достоевского (отца убили крестьяне) и пушкинского Дубровского (пан-отец невесты отказал, любовь всей жизни вышла за князя), а потому был печальным и задумчивым. Пожив на Западе он просветился, отчего еще больше погрустнел ибо умножая знания мы умножаем скорби. Поддержал мятеж американских колонистов, получил от них звание генерала, чин и место в польской армии. В войне 1792 г. генерал Костюшко проявил себя как лучший польских полководец, ибо куда же хуже? Он бежал в Сасконию, где вместе с творцами прежней, прогрессивной конституции 1791 г. принялся готовить свержение легитимной власти.

Read more...Collapse )