Vault (watermelon83) wrote,
Vault
watermelon83

Гамбург

- и окрестности в 1886 г. Ах, эти восьмидесятые!

Полумиллионный город, океанские ворота новой Германии. Древний город, в котором спустя двадцать лет (т.е. в 1906 г.) будет сооружена гигантская 34-метровая статуя (треть от сооруженной в 1886 г. американской Свободы) Бисмарку.

...

Кайзер Вильгельм, канцлер Бисмарк и фельдмаршал Мольтке были на тех же местах, что и двадцать лет назад, в год Кениггреца. Если о кайзере и фельдмаршале можно сказать, что они в значительной степени отошли от дел (что вовсе не означало бездействия как такового), то канцлер работал с прежним остервенением (это слово как ничто лучше характеризует то сочетание ненависти к противникам и созидательной, творческой энергии, присущей великому человеку). В начале десятилетия Бисмарк, страдавший от многочисленных недугов на нервной почве, даже подумывал о самоубийстве, но был вовремя излечен молодым врачом, сумевшим найти нужный подход к строптивому пациенту.
Канцлеру было над чем поломать голову.

Союз Франции и России в 1886 г. еще не стал реальностью, но контуры его уже намечались. Неизменная враждебность Франции (идея реванша оставалась доминирующей в жизни этой страны, весь вопрос крутился вокруг даты - именно в 1886 г. символ радикальных реваншистов генерал Буланже станет министром обороны) ко Второму рейху и явно выраженное стремление России повоевать с Австро-Венгрией (Петербург уже неофициально запрашивал о поведении Берлина в случае победоносного русского похода на Вену) давали мало надежд на сохранение союза между тремя императорами. Двуглавые орлы решительно не хотели сидеть на одной ветке и только из уважения к черной германской птичке соглашались изредка встретиться втроем. Дружеские отношения с Италией мало успокаивали - эта недавно политически объединившаяся страна, по мнению Бисмарка имела хороший аппетит, но плохие зубы (все помнили ее жалкие поражения в войне 1866 г.). Великобритания еще не стала безусловно враждебной, но первые (крайне робкие) попытки Германии заняться колониальной политикой вызывали у нее сильнейшее раздражение.
Внешнеполитические взгляды канцлера этих лет хорошо отражают несколько цитат.

[Spoiler (click to open)]
Русскому послу -

Поверьте мне, не в Ваших интересах сеять раздор между Германией и Австрией. Вы слишком часто недооцениваете, как важно находиться на шахматной доске Европы втроем. Для старых кабинетов, и прежде всего для моего, эта цель неизменна. Всю политику можно свести к формуле: попытайся держаться втроем, пока сомнительным равновесием распоряжаются пять великих держав.

Пионеру германской колонизации черного континента -

Ваша карта Африки и вправду очень хороша, но моя карта Африки расположена в Европе. Здесь расположена Россия и здесь расположена Франция, а мы в середине; вот моя карта Африки.

Депутатам рейхстага -

Любая крупная держава, которая пытается оказать влияние и давление на политику других стран, лежащую вне сферы ее интересов, и изменить положение вещей, приходит в упадок, выйдя за пределы, отведенные ей Богом... Мы не станем этого делать.


Но, кошмар коалиций не был единственным занятием Бисмарка, не говоря уже об общественности. Людей, в массе, интересовали совсем другие вещи. В Германии неуклонно росло влияние социал-демократов, что для того времени было явлением почти что революционным. Канцлер не воспринимал представителей рабочей партии адекватно - для него любые массовые политические организации были сродни помешательству, с большой примесью тайных интриг и всего того, что он мог назвать иезуитством. Иначе говоря, Бисмарк смотрел на прирост приверженцев любой германской партии так, как современный нам человек посмотрел бы на зомби-апокалипсис. Это попросту было за пределами его понимания: вульгарные методы массовой агитации, столь хорошо знакомые нам, были юнкеру омерзительны. Кроме того, он справедливо считал своих левых оппонентов полными профанами во внешней политике, которая и была его истинной страстью.
Сражаясь с гидрой красной угрозы, канцлер вспомнил свой прусский опыт патерналистского государства и занялся социальным законодательством, разом выведя Германию на первое место в этом вопросе. Именно поэтому авторитарный кайзеровской режим не сталкивался с неприятной картиной расстреливаемых из пулеметов людей (как это случалось в США или России начала следующего века - впрочем, и в указанном году американская полиция в Чикаго преспокойно расстреляла рабочих-забастовщиков, подарив нам всем красный первомай). Тем не менее, глубокое недоверие германского правительства к социал-демократам сыграло дурную роль в событиях 1914-1919 гг. - не получившие, в отличие от своих французских коллег, практику государственной службы социал-демократы действительно наделали немало ошибок, с весьма прискорбными последствиями. Впрочем, это стало проблемой далекого будущего...

Пока же все было хорошо. Окончательный разгром бонапартистов подарил Европе самый длительный период мира со времен расцвета Римской империи, а в Германии изобрели (1886) автомобиль.





































Tags: 19 век, Германская империя, Фото
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 33 comments