Vault (watermelon83) wrote,
Vault
watermelon83

В связи с тем

- что первый пост нового цикла оказался слишком... циклопическим, я впервые столкнулся с тем, что размер поста, видите ли, слишком большой! Вот уж так затруднение для российских нанотехнологий жижы. Срам и позор, срам и позор. Режу как по живому. Короче говоря, в связи с отсутствием места и времени, выкладываю фрагмент нового цикла, в качестве предисловия.

Долгий путь к регулярной армии
1172062571_vahtprd
1172066164_lintaktik

Война как таковая
Не секрет, что история человечества вообще - это история войн. Люди, племена, союзы племен, наконец государства, воевали между собой испокон веку. В этой борьбе побеждал сильнейший, тот кто первым догадывался метнуть камень, построить стену, выделить резерв. Не стоит думать, что все вертелось лишь вокруг милитаристской части войны, отнюдь. Лучшесть на войне, как правило, подразумевала и лучшесть в мире. Народы глупые, не умевшие договориться промеж себя, устроить свой быт надлежащим образом, проигрывали народам-умницам, у которых все дети были вымыты и накормлены, а фараоны всяк лежали по своим пирамидам, заботливо пронумерованные жрецами. И даже круче: побеждали те, кто умел победить инстинкты, победить стихии - обуздать кишащий крокодилами, засушливый Нил, покорить опасные горы Греции, изменчивое Средиземное море. Побеждали созидавшие (например, щиты). Мир вскармливался на том, что война так же естественна как и гроза.
Первое порицание этого естественного хода вещей пришло вместе с христианством, которое, пусть и не настойчиво, но все-таки открыто отвергало войну как таковую, особенно между христианскими князьями мира. Тогда же появилось первое разделение на войны справедливые и несправедливые: разграбить город еретиков или, еще лучше, неверных было делом богоугодным, а предавать огню монастыри или жечь округу из-за давней тяжбы между графом Карлом Беззубым и герцогом Готфридом Одноглазым - нет. Это был маленький шаг для средневекового ослика, но огромный шаг для всего человечества. Впервые кто-то сказал, что мир все-таки лучше войны - и естественнее ее.

Прошли годы, Карлы вставили себе зубы, а Готфриды придумали натягивать на выбитые венгерской стрелой глазницы стильные черные повязки - и все они теперь служили королю, который и представлял собой государство. Потом дело еще более усложнилось, король оброс чиновниками и наемными солдатами, но суть осталась прежней - малые войны, как дело постыдное, были упразднены, тогда как большие, между королями, считались вполне приемлемыми. В конце концов, как еще разрешить запутанный династический спор за какое-нибудь пограничное герцогство, если мы честно говорим, что оно всегда было наше, а они, соседи, нагло врут, мол когда это оно было вше, если оно всегда было наше?! Но все было хорошо: солдаты в париках палили в приятных облаках белого дыма, тут же творили батальные живописцы, генералы и полководцы трубным ревом собственного голоса вели полки на ратный подвиг,а жители могли особенно этого и не замечать. Дело было в том, что короли, жадноватые по природе, солдат нанимали, а это стоило денег. Поэтому армии 17-18 веков были небольшими, профессиональными и наемными, а воевали по принципу дворовых футбольных команд - находили себе удобное место в поле, где и разыгрывали провинцию или город. Можно было и вовсе не драться, а всего лишь набрать побольше телег с провизией и обойти неприятельское войско с тыла, отрезав его от собственных же телег, с хлебами для солдат и французской парфюмерией для господ офицеров. Тогда кампания считалась выигранной и неприятель спешно бежал на зимние квартиры. Обыватели бывало даже не замечали таких войн и вовсе: так не попали в историю великая война за мушку маркизы Помпадур в 1749-53 гг. и вторая, третья и четвертая завоевательная картофельная война Фридриха Великого в Богемии (1780-85 гг.). Но мы, кажется, увлеклись прелестным 18 веком. Главное, что надлежит уяснить - войны были обыденностью, велись за государственный интерес между королями и их кабинетами. Европейские народы в это время мирно курили трубки, занимаясь обычными делами.
Все изменилось в 1789 г., когда французские просветители добудились наконец до нации, которая была объявлена абсолютом, с большой буквы - примерно в том же духе, что и рабочий класс столетием позже. Отныне войны вели не короли с королями, а народ с народом. Армии стали массовыми, служение Отечеству на поле брани не выбором на семь лет, а долгом каждого гражданина. Сначала смешно квакающие люди из Парижа доносили эту новость по всей Европе, потом им же на простонародном английском, немецком, русском и испанском языках разъяснялось значение слова обоюдоострое. Французы были любителями, но немцы оказались хорошими, вдумчивыми учениками. Там где галлы просто набирали толпы, создавая из них войско по принципу кто доживет до следующего привала - тот и солдат, тевтоны подводили сурьезную идеологическую базу, с философским обоснованием и материальной подпиткой. Поэтому понятие вооруженного народа, в истинном его смысле, было достоянием одной только Пруссии-Германии, с 1812 по 1914 гг. А что же до войны - она все еще оставалась легитимным средством, только ушли войны ради славы и династии, а остались за интерес, национальное единение и прогресс, в смысле свобод и прочих прав человека и гражданина. С этим багажом мир и подошел к 1914 г. - война признавалась злом, но злом жизненным и временным (навроде усталости от бега), несущим в себе обещание лучшего мира после него. Повсеместно предполагалось щадить мирное население, придерживаться правил войны и вообще действовать разумно. Последней такой войной стала франко-немецкая борьба 1870-71 гг., причем французы, действовавшие иррационально, сражаясь уже после проигранной кампании и вовлекая в нее массы гражданских, подверглись порицанию. Тем не менее, после нее наступило почти пятьдесят лет мира в том раскладе великих держав, о котором мы говорили выше.
Tags: Простая история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments