Vault (watermelon83) wrote,
Vault
watermelon83

Тристолетняя война

- с участием Англии, Франции, Шотландии и всех-всех-всех (1337-1453). Предыдущая часть и пафосъ - тут.

И с коня его бросает/в набежавшую толпу


Эдуард, обозленный провалом переговоров с французами, задумал очередную демонстрацию-разорение. Ударить по галлам собирались с трех сторон, тремя армиями. Но, король предполагает, а Клио располагает. По ряду причин, таких как очередное вторжение шотландцев, с их последующим экстерминатусом (давно хотел употребить это слово) и взятием Эдинбурга, а также дурной погоде и прочим штукам, основной ударно-карательной силой стало войско принца Эдуарда, ставшего в походах Черным. Наследник английского (и, как бы, французского) престола был сверх-сверх-сверх солдатом, с особым умением оставлять после себя руины и прочую пустыню. Поскольку в нашем повествовании он будет играть не последнюю роль, следует заметить, что личность Эдуарда можно сложить сопоставив мнения представителей разных сословий и групп. Военные, по обе стороны, находили его замечательным командиром и лично-порядочным противником, а крестьяне втихомолку ругались на высокие налоги или выли на фоне разоренных пашен и сожженных домов. Известно, что друзьям он любил делать подарки, известно и то, что друзей у него было немного. Английская история высоко ставит Черного Принца (ведь он убил так много французов), французская история его очерняет (Черный принц), мы же заметим, что в плохом он был не хуже остальных, а в хорошем все-таки немного лучше.

Рейдерские захваты
Высадившийся в 1355 г. в Аквитании/Гиене/Гаскони - да к черту, просто в Бордо, принц предпринял масштабное вторжение в Южную Францию, традиционно разоряя все. Французы бежали вплоть до Тулузы, побиваясь малыми отрядами. Помимо большого похода, производились на регулярной основе и малые, а кроме того, англичане немедленно вернули себе потерянные было гасконские замки и крепости. В общем, привычная картина - французы побеждали других французов, но стоило появиться горсти англичан, как все вино пролилось.
К тому времени во Франции уже пять лет правил сын Филиппа, Иван, простите, Иоанн II Добрый. Этот замечательный государь отличался, как вы уже поняли, добротою, а также вспыльчивостью, хрупкой конституцией и наличием духовных запросов напополам с совестью. К сожалению, он не мог создать нового войска, а то что имелось стыдно было и показывать. Именно этим, а не личной трусостью, объясняется необычайная пассивность французской армии в те времена. Да и зачем вступать в бой, если исход, мягко говоря, был немного предсказуем? Но, даже великого Фабия Кункатора упрекали в кунка... еще раз простите - в медлительности. Чего уж ждать от пылких французов? Когда в следующем году Черный принц пошел до городу Парижу, намереваясь соединиться с английскими войсками на севере, медлить было нельзя. Иоанн собрал всех кого смог и пустился в пляс погоню. А вот Черный принц, не сумевший взять вражеские крепости на виду у неприятеля, начал отступать обратно. Английскую армию догнали и после переговоров, провала которых желали все кроме французского короля и английского принца, стороны изготовились к битве.

Пуатье
Хотя считается, что Черный принц желал сражения не меньше чем галльские петушки, все его действия перед ним говорят о подготовке к постепенному выходу из боя и отступлению. Впрочем, это лишь подчеркивает грани его таланта - французы, как известно, во всех больших сражениях к отступлению не готовились, а зря.
Традиционно, англичане, которых было 5-7 т., заняли позицию вон на том холме, спешившись и расставив лучников по флангам. Французское войско, насчитывавшее плюс-минус за 20 т., строилось огромной, отвратительной, нестройной и мерзко булькающей массой, единственную ценность в которой представляли войска непосредственно подчиняющиеся королю. На этот раз все рыцари спешились, кроме нескольких сотен всадников, которым умельцы нарастили броню так, что они стали совершенно невосприимчивы к английским стрелам и, к сожалению, неспособными к деторождению. Нетерпеливые галлы начали бой с самого утра.
Неожиданно, одному командиров сохранивших коней рыцарей почудилось, что англичане отходят. Есть мнение, что эта игра со знаменами была сознательной провокацией принца Эдуарда, но достоверно мы этого не знаем. Двумя колоннами французские рыцари потекли на англичан. Сначала все что как будто неплохо - стрелы действительно не пробивали крупповскую сталь броню, но тут из аглицкого штаба примчался граф и отдал приказ палить по лошадям. Эффект был велик - коники сбрасывали всадников и вообще вели себя как любое раненное животное, т.е. неуправляемо. Хотя одну из конных атак поддержали спешенные рыцари и латники, общим итогом стало отражение первой волны французов.
Вторая волна была наиболее продуктивной, в смысле продвижения. Масса условных пехотинцев, почти равняющаяся всей английской армии, сумела добраться до вражеских позиций и закипел тяжелый бой, длившийся не один час. Англичанам пришлось нелегко, хотя критическим их положение тоже назвать было нельзя - французы толпились и в принципе не могли достичь быстрого успеха. Две трети их армии все еще бестолково стояли позади. Наконец, введя в бой небольшой резерв, Эдуард опрокинул пехоту Иоанна, и она побежала. Вид удирающих латников послужил поводом к бегству части оставшихся, еще не вступивших в бой французов. Но у короля еще имелись собственные войска, которые он, несмотря на прежнюю осторожность, решил лично повести в атаку.
Даже теперь французов все еще было больше чем англичан, а ведь последние находились в не лучшей форме. Лучники фактически выбыли из игры еще в начале, а спешенные рыцари и латники были до крайности утомленны долгим боем. Именно в этот момент последняя линия французов двинулась на них. Это устрашало и некоторые побежали. Кто-то в свите принца заговорил о поражении, на что Эдуард, только что разменявший первую четверть, отвечал картонными фразами о поиске могилы на поле брани. В общем, Старая Гвардия и Ватерлоо, только без прусской армии. Хотя, почему без? Принц послал полсотни гасконцев, наказав им обойти французов и громко вопя атаковать с тыла.
Между тем, французы вместе с королем тяжело шагая взбирались на холм. И тут начался ад - на них налетели все сразу. Совершено неожиданно удар нанесли английские рыцари, конные. Представьте себе этот чардж на поднимающихся вверх галлов! Вслед за этим пешие рыцари и латники ударили с фронта, а лучники атаковали на флангах, причем в прямом смысле, в ближнем бою. На поле боя появилась гасконская полусотня, которая и довершила картину полного разгрома ударом сзади. Самое тяжелое из трех наиболее известных сражений войны завершилось убедительной победой англичан.
Потери французов в общей сложности составили не менее 5 т. человек, среди пленных оказался и король Иоанн, с младшим сыном. Забавно, что окруженный врагом и дерущийся до конца король, сдался, скорей всего, французскому рыцарю из английского войска. Вечером он ужинал вместе с Эдуардом, который прислуживал ему за столом и заслужил этим дешевым трюком победителя вечное уважение историков, включая меня. Английские потери простирались до пяти сотен.

Общий вид битвы при Пуатье, из которого мы можем узнать, что битва была и в ней участвовали два войска


Пленение микроцефалами англичанами французского короля


Первый мир
После победы Эдуард немедленно продолжил отступление, опасаясь новой битвы, коли разбежавшимся французам взбредет в голову собраться. Этот маневр лучше всяких домыслов говорит о непременном намерении англичан сразиться с врагом до Пуатье - сразившееся и победившее войско немедленно уходит восвояси. Приписывая принцу несуществующие намерения, английская историография делает из него дурака, тогда как Эдуард им вовсе не был. Он вернулся в Англию в 1357 г., привезя с собою плененного короля. Начавшиеся переговоры о выкупе и мире омрачились восстанием крестьян и парижан в известной стране, но это в нашу летопись не входит. Укажем кратко на то, что и.о. обязанности короля дофин (т.е. кронпринц, принц или царевич) оказался в труднейшем положении - снизу на него давили крестьяне со своей Жакерией и горожане-парижане, возглавляемые союзом Меча и Орала купечеством, сбоку злой король Наварры, прозванный за это Злым, а сверху король Англии Эдуард. Было над чем призадуматься. Помимо мутящих воду наваррцев, жгущих все крестьян, убивающих советников дофина горожан и прочих врагов, отец-король, несколько обиженный на сына в ожидании выкупа, высказался по поводу его действий (и бездействий), а мнение повелел зачитать по всей стране, что и было сделано. И все же, положение более менее стабилизоровалось: парижан напугали крестьянами и подавили их, потом наваррцев напугали парижанами и подавили их, а потом... впрочем, мы увлекаемся. Важно то, что крестьян и горожан привели к покорности.
Труднее было с англичанами, которые опять пересекли пролив в 1358 г. и во главе с королем Эдуардом пошли на Париж. Это окончательно доконало французов, ибо в отличие от парижан или наваррцев, напугать англичан было попросту нечем. Северные районы постепенно превращались в пустыню, выбора не было. В 1360 г. стороны наконец-то замирились. Условия были просты и понятны: Эдуард отказывался от французской короны (которую он видал в гробу и в белых тапках), а за это французы отдавали ему все уже захваченное, но не как раньше - без вассальства и прочих повинностей перед Парижем. За королей расписались дети, дофин и принц.

Испанская интермедия
Интересно, что несмотря на мир, король Иоанн так и умер в Англии, вернувшись туда добровольно заместо сбежавшего сына-заложника. Новым королем стал бывший дофин, а ныне Карл V. Этот предтеча короля-паука Людовика обладал всеми его талантами, сумев не заполучить пороков. Пожалуй наиболее выдающийся король из французского списка Столетней войны. Он столкнулся с интригами двора и бандами грабителей из бывших солдат-наемников, распространившихся по стране. Эти вольные роты, имевшие отличный боевой опыт, стали настоящим бедствием. Неудивительно, что Карл предпочитал сохранять мир и залечивать раны. Но это не означало что борьба прекратилась вообще. В Бретани еще продолжалась война между Монфорами и Блуа, итогом которой стал окончательный разгром и гибель герцога-святоши при Оре в 1364 г. Англо-бретонцы побили франко-бретонцев. Хотя формально эта война уже не входила в Столетнюю, победа проанглийских сил в Бретани над профранцузскими естественно оказала свое влияние на войну в целом. В тех боях впервые попал в плен некий бретонский рыцарь Бертран дю Геклен, считавшийся из-за смуглой кожи и толстых губ уродом. Попробовали бы во Франции сказать так сейчас!
Наконец, продолжалась борьба между королем Франции и королем Наварры, тоже Карлом, но не просто V, а Злым. В итоге французу удалось спровадить всех на соседний полуостров - и англичан, во главе с Черным принцем, и Карла Злого, и уродливого Бертрана и даже шайки наемников, получивших там работу. Как же это произошло?
Небольшой экскурс в соседнюю историю. Крупнейшим на полуострове королевством Кастилия правил тогда король Педро Жестокий, прозванный так неслучайно. Судя по всему, у кастильца было много общего с Иваном Грозным, включая отношения с женами. Короче говоря, начались восстания и мятежи. Возглавивший все это славное дело сводный брат Педро Энрике (вы же понимаете, латиноамериканское мыло возникло не просто так) обратился за помощью к французскому королю, который и послал ему на помощь Геклена сотоварищи (убийцы и грабители). Тут встрепенулись англичане и напуганные заменой ебанутого жестокого, но своего испанца на порядочного, но французского, тоже влезли в войну. Посреди них суетился король Наварры, которому и попало на орехи от всех сразу.
Сначала Педро был разбит франко-испанцами и сбежал, потом Черный принц разгромил франко-испанцев при Нахере, взяв Геклена в английский плен еще раз. Но после случилась большая неприятность - Педро, обещавший много-много злата, обманул и не заплатил ни шиша. Англичане, поиздержавшиеся в походах, стали тиранить свою Аквитанию, что вызывало недовольство крестьян (да и черт с ними), горожан (а это уже опаснее) и даже дворян (как же вы это допустили?!). В общем, правительство короля Георга III в свое время не обратило особого внимания на этот поучительный исторический пример четырехсотлетней давности и поразительные аналогии. Вышло паршиво - без поддержки англичан (и с поддержкой французов, но в обратном смысле) Педро вновь впал в ничтожество и вскоре погиб, лишившись трона. Король Энрике не забыл прошлого и французы обрели ценного союзника, особенно на море. Но что было особенно неприятно - галлы почувствовали себя достаточно сильными, чтобы вновь продолжить Столетнюю войну. В 1369 г. они, вместе с испанцами, вступились за обижаемых Черным принцем гасконцев.

Голосом Рона Перлмана: война, война никогда не кончается.
Tags: 14 век, Королевство Англия, Королевство Франция, Простая история, Столетняя война
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 51 comments