Vault (watermelon83) wrote,
Vault
watermelon83

Семилетняя война

часть шестая, оказавшаяся в последствии предпоследней. Пятая, англо-французская - тут.



А в Европе продолжалась война. Несмотря на то, что, как всем известно, Кунерсдорфская битва поставила на Пруссии крест, король, не зная этого, продолжал воевать. Конечно, он страдал, переживал и даже писал грустные письма, например в Крым - не пора ли татарам седлать коней, и в Москву, в Москву? Но Бахчисарай молчал, и даже гадский датский король, хотевший было вступить в войну на стороне Фридриха, передумал это делать. А уж союзники (кроме Франции) и вовсе не думали о мире - зачем? Итак, король собрал последние силы и приготовился к новым кампаниям, вступив в 1760 год.

1760
Начало было не из блестящих: при Ландесхуте, сердечного друга короля, генерала Фуке, окружили и побили австрийцы, совсем как при Максене, в прошлом году. Однако - доброе сердце монарха! Фуке, почти было изрубленного врагом, но вовремя прикрытого телом слуги, не только простили, но и сравнили с древнеримским героем, навроде Сцеволы. Впрочем, пруссаки действительно сражались храбро.
Король, узнав о случившимся, только грустно улыбнулся, достал понюшку табака и велел наступать на австрийца. В апреле он сделал эдакое па! пройдя между двумя австрийскими армиями, после чего атаковал и разбил меньшую из них, восстановив свою и подмочив репутацию Лаудона. Так как новых солдатиков брать было решительно неоткуда, летом король лишь маневрировал, подчинив все простейшему рефлексу: выжить. В октябре русские и австрийцы вошли в Берлин, получили контрибуцию, услышали что Фридрих идет - и вышли. А в ноябре состоялась последняя большая битва этой войны - при Торгау. Король составил хитрый план, согласно которому его армия, разделенная на две части, должна была атаковать австрийцев Дауна с двух направлений. Собственно днем, король, атаковавший с фронта, был побит и отбит, но ночью гусар-рубака Цитен, командовавший второй частью армии, таки пробился сквозь позиции врага и утром, обозревая поле битвы, великий Фридрих понял, что он, видимо, победил. Победить-то он победил, но вот Пруссия не Россия и потерянных 14 т. солдат заменить было сложновато.

1761
Радовало одно - французов продолжали бить и как-то сдерживать, хотя уже совершенно непонятно за счет чего. Тем не менее, за этот период, Фердинанду Брауншвейгскому удалось выиграть еще два сражения, причем в одном из них участвовало чуть ли не 200 т. солдат, из которых потеряно было 3-5 т. Хорошо было служить на Западном фронте воевать с французами в Семилетнюю войну!
А русские и австрийцы решили, нацонец, покончить с королем и даже объединили две армии, Лаудона и Бутурлина, который, как и большинство природных русских генералов, соображал туго, хотя и выказывал смелость на уровне руби-коли. Союзники должны были завоевать (т.е. отвоевать) наконец Силезию, взять Берлин и кончить войну, но так и не решились атаковать армию Фридриха, который построил укрепленный лагерь и сидел в нем как сыч. Осенью 1761 Бутурлин ушел похмеляться на квартиры и наступление не состоялось.
В эти тяжелые времена король частенько сиживал у костра с верным Цитеном, который в молодости много страдал, а потом, когда вышел в начальники сам, страдал мало. Эта очередность делала его добродушным и сострадательным. Слушая как король распинается про тяжелую ношу и безрадостное общее положение, бравый Цитен-из-кустов только улыбался в усы и как гашековский Швейк, предрекал конечный успех, обещая божью помощь. Король, тот еще протестант, воспринимал это скептически, но когда союзная армия развалилась без всякого сражения, сухо кивнул: союзник Цитена действительно помог.
Вообще же, все было плохо и становилось еще хуже: пал так долго и храбро удерживаемый Кольберг, в Англии помер король. Новый, уже не просто немец на престоле, а настоящий англичанин, Георг III, выгнал Питта и собирался заканчивать войну, без Пруссии. Кстати - перестали и субсидировать.

1762
И тут, в январе 1762 помирает старая распутница и вообще скверная баба, императрица Елизавета Петровна. Помирает, а на ее место садится Петр Федорович, хотя какой он к чертам Федорович, он Карл Петер Ульрих Гольштейн-Готторпский: хороший, добрый человек. Конечно, вскоре его свергли и заклевали насмерть орлы-гвардейцы, но в тот короткий промежуток, когда верхи его супруги Екатерины еще не могли, а низы уже хотели, он успел заключить мир с Фридрихом, причем (позор! позор!) признал даже совершенные в Померании (которую не собирались присоединять, а стало быть и ...) разорения и даже выплатил пострадавшим жителям компенсацию. Корпус Чернышева был оставлен в распоряжение короля и уже начал потихоньку резаться с бывшими союзниками.
Видя такое дело, король и его генералы решили ковать железо не отходя от кассы: напали на австрийцев, разбил в одном сражении с непроизносимым названием и отвоевал все что было утеряно с 1759 года. В разгар этих событий пришло известие, что император принял тихую смерть и таперича в России-матушке правит императрица, Екатерина Алексеевна, дочка прусского генерала и губернатора Померании, хе-хе. На том, фактически, война в Европе и закончилась.

1763
В феврале все окончательно помирились: прусские с австрийцами, англичане с французами и испанцами, а русские совсем не мирились ибо Екатерина, произведшая патриотический переворот, почему-то не отменила того, из-за чего он собственно и был, якобы, произведен: мира между ярусскими и прусскими. А вот в финальной части мы поговорим о том, кто что получил, потерял и вообще почем и как.
Tags: 18 век, Простая история, Семилетняя война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments