Vault (watermelon83) wrote,
Vault
watermelon83

Семилетняя война

часть пятая, предыдущая часть тут.



Итак, покуда старый, и уже больной, Фриц зализывает раны после Кунерсдорфа и Максена, нюхая табак, печатая фальшивые талеры и уныло высчитывая сколько похоронных кителей у него осталось (в молодости будущий король хипповал и называл так мундиры прусских солдат, дескать make love, not war), в мире происходили интересные события.
Ведь пока многотысячные прусские, австрийские, русские и французские рати маневрировали по Европе, в колониях шла своя война, причем если в какой-нибудь Силезии битва ценой в десяток тысяч трупов приносила в лучшем случае более удобную линию коммуникаций, а худшем - ратную славу, то в Северной Америке или Индии жалкая тысчонка белых людей завоевывала целые области и народы.

Война в Северной Америке.
Началось все с того, что будущий король президент США, а тогда обычный колониальный офицер Вашингтон встретив в лесу французов, атаковал их и убил с десяток - всему виной был территориальный спор, между колониями Англии (тем что сейчас называется США) и Франции (то что известно как Канада). Обе стороны стремились понастроить в спорных точках фортов и науськивали индейцев. Так как французов было мало, а английских колонистов очень много, то науськивать чингачгуков и прочих могикан было проще на англоговорящих, просто потому что их было больше, а француза поди еще найди.
К тому же у французов был присланный аж из самой метрополии маркиз Монкальм, бывший по меркам французской аристократии того времени практически юродивым: любил жену и детей, не воровал и умел, хотя и не любил, воевать. В итоге все первые годы войны (1754-58) англичане, в основном, терпели унизительные поражения от франко-индейских войск. А как ты победишь, когда кругом зелень, не видно не зги а ты весь в красном, в сомкнутом строю, с томагавком в спине? Никак.

Но логистика, как всегда, победила. Так как французы плавали на море с изяществом того самого томагавка, то не составило труда подвергнуть их полнейшей блокаде, удачно совпавшей с собственным бесперебойным снабжением. Помимо этого, у французов существовали свои свары, в которых честнейшему маркизу противостоял местный хапуга-коррупционер, имя которого мы с презрением опускаем. Количество перерастало в качество и у англичан появились рейнджеры, ставшие хорошей подмогой супротив французских буканьеров.
Наконец, из Лондона выписали средство против Монкальма, самого настоящего волка генерала Вольфа. Этот молодой человек со срезанным подбородком, был истым англичанином - храбрым, надменным и незлопамятным. Получив военный опыт с Божьей помощью на горцах Шотландии и французах в Европе, он прибыл в Канаду, желая по-джентльменски освободить ее или, в случае неудачи, спалить ко всем чертям. Да, сэр!
Осадив Квебек, центр власти в колонии, он выиграл главную битву с французами Монкальма при ... Квебеке же (1759)! При этом, если счет по высшим офицерам был 1 к 1 (оба, и маркиз и добрый генерал счастливо погибли - один, еще не успев проиграть, а другой, уже успев победить), то в целом, по фрагам англичане настреляли в два раза больше, 1200 против 600. Эта эпическая битва за целый континент, битва, которая в Европе и названия бы не получила, прошла очень просто и типично для англо-французских разборок: порывистые галлы стремительно побежали на флегматичных бриттов, хладнокровно их расстрелявших.

Война Канаде продолжалась еще ровно год, проходя в виде зачистки местности, после чего французы окончательно капитулировали (1760), хотя до конца войны еще оставалось три года! Никакой дисциплины.

Война в Индии.
Индия известна, главным образом, тремя вещами: во-первых там водятся слоны, во-вторых никакой Индии никогда не было, а в третьих ее завоевывал каждый кто желал или даже не желал, как афганцы, например.
Карта была такой: где-то на севере, в Бенгалии, были английские владения, с центром в Мадрасе и Калькутте. А на юге были французы, с центром в Пондишерри. Между этими полюсами силы лежала собственно Индия, разделенная на тьму тьмущую княжеств, каст и вообще ... вообще там очень дурно пахло. Князья интриговали, переходили из лагеря в лагерь, все травили друг дружку или дарили слонов, золото и женщин.
В Индии у англичан оказался нужный человек по фамилии Клайв. Если на родине, в Англии, этот нужный был совсем ненужным и лишним, человеком от которого спешили избавиться родственники, услав его с глаз долой, то в колонии он полностью преобразился. Атмосфера Индии позволяла быть и просто чудаковатым и напрочь ебнутым совсем эксцентричным, это даже шло на пользу делу.

Клайв начал с того, что жестоко наказал школоту, 18-тилетнего наваба Бенгалии, который в 1756 внезапно (!) захватил Калькутту, замучив при этом сотню пленных. Хотя город ему, естественно, удержать не удалось, наваб сначала заключил перемирие, но потом все равно начал строить ковы. Поэтому, в 1757 году, уже генерал, Роберт Клайв и его трехтысячная (тысяча белых и сипаи) армия сразились с войском наваба, которое насчитывало то ли 50, то ли 60 тысяч. В битве битв было убито 7 (семь) европейцев, молодой наваб закопан вместе с тремя женами, а в Индии начался отчет британского владычества.
С французами было также как в Америке, только без эффектных сражений. Прибывший из метрополии в 1758 году граф Лалли, метался по колонии, гоняя своих солдат туда сюда, на что последние отвечали ему сыновней любовью и постоянными бунтами. Наконец, из морей убрался последний французский флот, а в 1760 году состоялось решающее сражение при Вандиваше, после которого Лалли заперся и принял яду и капитулировал в Пондишерри аккурат в первый месяц 1761 года. Дома его казнили, ирландец же.

В других колониях.
Так как в 1762 году Испания, до этого в войне не участвовавшая, решила получить свою порцию люлей и вступить в нее, то англичане захватили ряд испанский колоний, включая Кубу и Филиппины. Правда, последние они потом вернули, а первую выменяли на Флориду. Помимо этого, коварные сыны Альбиона захватывали другие владения Парижа и Мадрида, приплывая на острова и вешая там свои флаги. Очень просто, особенно когда твой флот на воде, а вражеский - под водой.
Зато в Южной Америке испанцы колотили союзных Англии португальцев. Тоже хлеб.

На морях, на океанах.
У французов и англичан было полное взаимопонимание относительно морской войны: французы отчаянно боялись проиграть, а англичане страстно желали победить. Поэтому все сражения происходили довольно предсказуемо: французский флот просто хотел доплыть из точки А в точку Б, без потерь в такелаже и желательно в полном составе, потому что чиниться ему негде, да и вообще не для того его строили, чтобы он тонул теперь - а английский флот хотел перетопить к чертям этих подонков, потому что это призы, награды и звания.
Поэтому, даже если французам удавалось одерживать победу над английским флотом, то эта победа была как в сражении при Минорке - постреляли в друг дружку, никто не утонул, но английский адмирал решил отступить и уступить, за что и был осужден, а после расстрелян - за трусость, не личную, но адмиральскую. Будь он французом, его включили бы в десяток лучших флотоводцев.

Кроме этого сражения, все остальные битвы выигрывались аглицким флотом, который не останавливался на повреждениях, а просто топил и захватывал все что плавало под чужим флагом. Так, в главной морской битве этой войны (1759), когда французы готовились повторить свою штуку времен прошлой и вновь высадить Стюарта в Шотландии, английский адмирал Хок с двумя десятками линейных судов нагнал равный ему французский флот, атаковал его в шторм, преследуя в заливе Киберон, и потеряв два корабля разбившимися, уничтожил врага полностью, загнав остаток из четырех судов в устье реки. Разумеется, со столь различным подходом к концу войны у французов флота не было вообще, т.е. совсем.
Tags: 18 век, Простая история, Семилетняя война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments