Vault (watermelon83) wrote,
Vault
watermelon83

Семилетняя война

часть пятая, предыдущая часть тут.



Итак, покуда старый, и уже больной, Фриц зализывает раны после Кунерсдорфа и Максена, нюхая табак, печатая фальшивые талеры и уныло высчитывая сколько похоронных кителей у него осталось (в молодости будущий король хипповал и называл так мундиры прусских солдат, дескать make love, not war), в мире происходили интересные события.
Ведь пока многотысячные прусские, австрийские, русские и французские рати маневрировали по Европе, в колониях шла своя война, причем если в какой-нибудь Силезии битва ценой в десяток тысяч трупов приносила в лучшем случае более удобную линию коммуникаций, а худшем - ратную славу, то в Северной Америке или Индии жалкая тысчонка белых людей завоевывала целые области и народы.

Война в Северной Америке.
Началось все с того, что будущий король президент США, а тогда обычный колониальный офицер Вашингтон встретив в лесу французов, атаковал их и убил с десяток - всему виной был территориальный спор, между колониями Англии (тем что сейчас называется США) и Франции (то что известно как Канада). Обе стороны стремились понастроить в спорных точках фортов и науськивали индейцев. Так как французов было мало, а английских колонистов очень много, то науськивать чингачгуков и прочих могикан было проще на англоговорящих, просто потому что их было больше, а француза поди еще найди.
К тому же у французов был присланный аж из самой метрополии маркиз Монкальм, бывший по меркам французской аристократии того времени практически юродивым: любил жену и детей, не воровал и умел, хотя и не любил, воевать. В итоге все первые годы войны (1754-58) англичане, в основном, терпели унизительные поражения от франко-индейских войск. А как ты победишь, когда кругом зелень, не видно не зги а ты весь в красном, в сомкнутом строю, с томагавком в спине? Никак.

Но логистика, как всегда, победила. Так как французы плавали на море с изяществом того самого томагавка, то не составило труда подвергнуть их полнейшей блокаде, удачно совпавшей с собственным бесперебойным снабжением. Помимо этого, у французов существовали свои свары, в которых честнейшему маркизу противостоял местный хапуга-коррупционер, имя которого мы с презрением опускаем. Количество перерастало в качество и у англичан появились рейнджеры, ставшие хорошей подмогой супротив французских буканьеров.
Наконец, из Лондона выписали средство против Монкальма, самого настоящего волка генерала Вольфа. Этот молодой человек со срезанным подбородком, был истым англичанином - храбрым, надменным и незлопамятным. Получив военный опыт с Божьей помощью на горцах Шотландии и французах в Европе, он прибыл в Канаду, желая по-джентльменски освободить ее или, в случае неудачи, спалить ко всем чертям. Да, сэр!
Осадив Квебек, центр власти в колонии, он выиграл главную битву с французами Монкальма при ... Квебеке же (1759)! При этом, если счет по высшим офицерам был 1 к 1 (оба, и маркиз и добрый генерал счастливо погибли - один, еще не успев проиграть, а другой, уже успев победить), то в целом, по фрагам англичане настреляли в два раза больше, 1200 против 600. Эта эпическая битва за целый континент, битва, которая в Европе и названия бы не получила, прошла очень просто и типично для англо-французских разборок: порывистые галлы стремительно побежали на флегматичных бриттов, хладнокровно их расстрелявших.

Война Канаде продолжалась еще ровно год, проходя в виде зачистки местности, после чего французы окончательно капитулировали (1760), хотя до конца войны еще оставалось три года! Никакой дисциплины.

Война в Индии.
Индия известна, главным образом, тремя вещами: во-первых там водятся слоны, во-вторых никакой Индии никогда не было, а в третьих ее завоевывал каждый кто желал или даже не желал, как афганцы, например.
Карта была такой: где-то на севере, в Бенгалии, были английские владения, с центром в Мадрасе и Калькутте. А на юге были французы, с центром в Пондишерри. Между этими полюсами силы лежала собственно Индия, разделенная на тьму тьмущую княжеств, каст и вообще ... вообще там очень дурно пахло. Князья интриговали, переходили из лагеря в лагерь, все травили друг дружку или дарили слонов, золото и женщин.
В Индии у англичан оказался нужный человек по фамилии Клайв. Если на родине, в Англии, этот нужный был совсем ненужным и лишним, человеком от которого спешили избавиться родственники, услав его с глаз долой, то в колонии он полностью преобразился. Атмосфера Индии позволяла быть и просто чудаковатым и напрочь ебнутым совсем эксцентричным, это даже шло на пользу делу.

Клайв начал с того, что жестоко наказал школоту, 18-тилетнего наваба Бенгалии, который в 1756 внезапно (!) захватил Калькутту, замучив при этом сотню пленных. Хотя город ему, естественно, удержать не удалось, наваб сначала заключил перемирие, но потом все равно начал строить ковы. Поэтому, в 1757 году, уже генерал, Роберт Клайв и его трехтысячная (тысяча белых и сипаи) армия сразились с войском наваба, которое насчитывало то ли 50, то ли 60 тысяч. В битве битв было убито 7 (семь) европейцев, молодой наваб закопан вместе с тремя женами, а в Индии начался отчет британского владычества.
С французами было также как в Америке, только без эффектных сражений. Прибывший из метрополии в 1758 году граф Лалли, метался по колонии, гоняя своих солдат туда сюда, на что последние отвечали ему сыновней любовью и постоянными бунтами. Наконец, из морей убрался последний французский флот, а в 1760 году состоялось решающее сражение при Вандиваше, после которого Лалли заперся и принял яду и капитулировал в Пондишерри аккурат в первый месяц 1761 года. Дома его казнили, ирландец же.

В других колониях.
Так как в 1762 году Испания, до этого в войне не участвовавшая, решила получить свою порцию люлей и вступить в нее, то англичане захватили ряд испанский колоний, включая Кубу и Филиппины. Правда, последние они потом вернули, а первую выменяли на Флориду. Помимо этого, коварные сыны Альбиона захватывали другие владения Парижа и Мадрида, приплывая на острова и вешая там свои флаги. Очень просто, особенно когда твой флот на воде, а вражеский - под водой.
Зато в Южной Америке испанцы колотили союзных Англии португальцев. Тоже хлеб.

На морях, на океанах.
У французов и англичан было полное взаимопонимание относительно морской войны: французы отчаянно боялись проиграть, а англичане страстно желали победить. Поэтому все сражения происходили довольно предсказуемо: французский флот просто хотел доплыть из точки А в точку Б, без потерь в такелаже и желательно в полном составе, потому что чиниться ему негде, да и вообще не для того его строили, чтобы он тонул теперь - а английский флот хотел перетопить к чертям этих подонков, потому что это призы, награды и звания.
Поэтому, даже если французам удавалось одерживать победу над английским флотом, то эта победа была как в сражении при Минорке - постреляли в друг дружку, никто не утонул, но английский адмирал решил отступить и уступить, за что и был осужден, а после расстрелян - за трусость, не личную, но адмиральскую. Будь он французом, его включили бы в десяток лучших флотоводцев.

Кроме этого сражения, все остальные битвы выигрывались аглицким флотом, который не останавливался на повреждениях, а просто топил и захватывал все что плавало под чужим флагом. Так, в главной морской битве этой войны (1759), когда французы готовились повторить свою штуку времен прошлой и вновь высадить Стюарта в Шотландии, английский адмирал Хок с двумя десятками линейных судов нагнал равный ему французский флот, атаковал его в шторм, преследуя в заливе Киберон, и потеряв два корабля разбившимися, уничтожил врага полностью, загнав остаток из четырех судов в устье реки. Разумеется, со столь различным подходом к концу войны у французов флота не было вообще, т.е. совсем.
Tags: 18 век, Простая история, Семилетняя война
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments